Рекомендованное

Слепой

Первый раз Сашка просыпался от гула сепаратора и тихого разговора бабушкиных соседок. Они всегда по утрам собирались и молоко на ...

Читать далее

«Православная Луганщина» Март-Апрель, 2021, №2(66) (Читать номер полностью)

⇒ИЛИ ЖМЕМ СЮДА, ЧТОБЫ ПОСМОТРЕТЬ⇐ Уважаемые читатели, братья и сестры, у нас есть небольшая просьба. Статьи и материалы часто меняют жизни ...

Читать далее

Что такое Лазарева суббота?

Что такое Лазарева суббота Лазарева суббота, или Вербная суббота, — это суббота шестой недели Великого поста. Эта неделя еще называется Неделей Ваий ...

Читать далее

Смысл и значение 5-й Недели Великого поста

5 неделя (18 апреля) — преподобной Марии Египетской. История преподобной Марии Египетской, пожалуй, самый яркий пример того, как через усиленный пост ...

Читать далее

Что такое Суббота Акафиста?

Похвала Богородицы в 2021 году, или Суббота Акафиста, приходится на 17 апреля (при этом сам акафист Похвалы Богородицы служится накануне, ...

Читать далее

Сельские будни Новосветловского благочиния

О жизни приходов и как протекают приходские будни – об этом вниманию дорогого читателя мы предлагаем беседу с благочинным Новосветловского ...

Читать далее

Можно ли быть хорошим человеком без веры в Бога?

«Я  в Бога не верю, но ничего плохого  не делаю» - знакомая фраза, не правда ли? Не менее известна и другая: ...

Читать далее

Все о празднике Благовещения Пресвятой Богородицы

Благовещение в 2021 году празднуется 7 апреля. Дата этого праздника постоянная, в отличии, скажем от даты празднования Пасхи. В этот ...

Читать далее

Легендарный атаман Матвей Платов

Среди самобытной природы Слобожанских степей, в Антрацитовском районе ЛНР расположено село Боково-Платово. Его жители, а особенно старожилы, могут рассказать немало ...

Читать далее

Устоять против чужого влияния! (СОЦОПРОС)

День мученической смерти святого Иоанна Предтечи вспоминается Православной Церковью 11 сентября (29 августа ст. ст.) и называется днем Усекновения главы ...

Читать далее


У Петра Алексеевича радость. Внук приехал. Издалека. Из России. По километрам до степного донского городка совсем ничего, по прямой грунтовой дороге и пятидесяти не наберется, но граница нынче это расстояние утроила. Раньше Петр Алексеевич на мотоцикле почти каждую неделю к дочкиной семье ездил и думать не думал, что между ними канаву межгосударственную пророют. Первые годы болело сердце по этому поводу и в уме не укладывалось, что дети теперь иностранцы, но куда денешься? Значит Богу так угодно, успокаивал себя Петр Алексеевич, но все равно, когда ходил к пасеке и видел зарастающую бурьяном прямую дорогу к детям, горько вздыхал и немного ругался.

Спросил у местного священника, грех ли это, что он власти раз за разом попрекает, а батюшка и сам в ответ вздохнул, да пожаловался:

— Алексеевич, мои родители тоже там, «за рубежом» пребывают.

Решили они с батюшкой вместе о вразумлении властей молиться. Какая с обид и обвинений выгода? Одно расстройство да осуждение.

И месяца не прошло с этого решения, как дочка приехала и привезла телефон мобильный с российской пропиской. Из дому поговорить не получается, а если за ферму на курган выйти, то свободно позвонить можно. Так что теперь Петр Алексеевич в нарушители государственной границы себя зачислил. А как иначе? Разрешения ведь на телефонную международную связь у него нет, да и соседка Клавдия все попрекает:

— Ты, Петька, шпиён. Каждый день на курган ходишь, и секреты наши за бугор передаешь.

Впрочем, на Клавдию Петр Алексеевич не обижается, она хотя и с детства такая вредная, но сейчас без ее помощи тяжело бы старику пришлось. Уже почти десять лет, как Ганну свою Алексеевич похоронил и сам остался. В первый год, когда за тот же курган на кладбище жену отнесли, засобирался и он на этом свете не задерживаться. Не мила ему жизнь стала, а в дом, без детей и супруги даже заходить не хотелось.

Вот тут-то Клавдия из горести и безразличия старика вывела. Пришла как-то утром, порядок в хате навела и на него накричала, что пасеку забросил, а это грех великий такую полезную для людей тварь Божию оставлять.

Что такое грех, Петр Алексеевич знал, так как в Бога верил, в церковь ходил и дома всегда вечером лампадку у иконы зажигал и «Отче наш» вместе с «Да воскреснет Бог» обязательно читал.

На сороковины, после панихиды по супруге своей, к Петру Алексеевичу священник подошел, попросил за церковным хозяйством приглядывать. Так потихоньку и стал Алексеевич не только образцовым пчеловодом, но и незаменимым церковным завхозом. Сегодня каждый день у старика занят. И на пасеку поспеть надобно, и дома по хозяйству управиться, и в храм Божий наведаться, да и на курган подняться, с детьми поговорить, тоже нужно. Благо Клавдия помогает. Раз в неделю приходит, в хате порядок наведет и борща на всю неделю наварит.

В этом году весна ранняя. Пчела рано вылетела, Пасха уже в жаркую погоду подоспела, а к Петрову посту и гречка отцвела. Второй раз Петр Алексеевич вместе с приохотившимся к пчелам батюшкой мед на пасеке качали и на выстроившиеся на полках кладовой трехлитровые банки с медом с радостью поглядывали да Бога благодарили.

После Духова дня долго беседовали Алексеевич с священником на очень злободневную и нужную тему, как бы родственникам своим в соседнюю Ростовскую область медку передать. Снаряжать машину через таможню, брать справки и страховки, платить за взлетевший в цене бензин — дело конечно возможное, но золотым тогда мед этот станет. Думали они с батюшкой думали и пришли к выводу, что надо проблему эту решить по-иному. Сомнения, конечно, одолевали, но когда Петр Алексеевич заявил, что на помощь внука из России вызовет, священник согласился.

Наметили мероприятие на первое воскресенье поста по причине того, что в этот день память всех святых в земле русской просиявших празднуется. Решили, что никак не могут в этот день, когда и по той и по этой стороне праздник общий, какие-то казусы случатся и препятствия возникнут.

Дед забрался на курган и долго по телефону рассказывал зятю, что и как делать надобно. Аргументы заграничного тестя по передислокации украинского меда на российскую территорию, хоть и с сомнением, но были приняты. Более того, на помощь Петру Алексеевичу дочка с зятем сына решили отправить.

Внук Петра Алексеевича – парень видный, статный и самостоятельный, но еще пока не женатый, прикатил к деду на новой красной машине. С сомнением осмотрел дед японскую колесницу внука, хмуро постучал костяшками пальцев по ее дверям и капоту, заглянул под днище и с сожалением констатировал:

— Не наша тачанка. Не годится…

Внук даже поперхнулся:

— Дед, ты что, это же «Мицубиси» настоящая, знаешь какой у нее мотор?

— Говорю, не годится, значит не годится, — еще раз подчеркнул дед и добавил, кивая в сторону заброшенной дороги, — Твоя «пицуписи» на первой колдобине на пузо станет, а в балочке за посадкой застрянет наглухо. На «Паннонии» поедем.

— На чем? – выдохнули вместе внук со священником.

— На мотоцикле моем, — ответствовал Петр Алексеевич, и пошел открывать сарай, в котором в целости и сохранности пребывал трехколесный мотоцикл с коляской времен развитого социализма.

Нашлись у деда и пара канистр с бензином марки А-72, сбереженные со времен отсутствия границы как таковой.

— Дед, ты как в «Операции Ы» готовишься, — резюмировал внук.

Алексеевич, фильм тот с Шуриком и Никулиным помнил, но с выводом внука не согласился и поправил:

— Не «Ы», а «Операция Карацупа».

— Чего? – не понял молодой человек.

Дед с сожалением посмотрел на любимого зарубежного родственника, хотел даже отругать его, что не знает, кто такой Никита Карацупа, а затем передумал. Да и правильно. Откуда современная молодежь об этом пограничнике может знать, если и страны уже той нет?

Вечером в люльку загрузили четыре десятка трехлитровых баллонов с медом. Сверху на коляску взгромоздился Петр Алексеевич. За руль аппарата был усажен внук, сзади сидел батюшка в подряснике.

Вообще-то священника отговаривали ехать, мол, не поповское это дело рубежи Отчизны нарушать, но батюшка был непреклонен:

— Поеду вместе с вами. Если чего не так, то заступлюсь и объяснюсь, да и молится всю дорогу буду.

С этим аргументом дед с внуком были вполне согласны. Со священником спокойней.

Перекрестились, «Царю Небесный» прочитали и поехали…

«Паннония» как будто молодость вспомнила. Равномерно тарахтя, легко взбиралась на горки, без труда преодолела довольно крутую балку, а колдобины дороги, заросшие высокой травой, казалось, вообще не замечала. И часа не прошло, как мотоцикл вместе с тремя потенциальными нарушителями государственной границы стоял у неширокого рва разделяющего два государства.

Солнышко уже село, с восточной российской стороны потихоньку подступала ночь и вместе с первыми появившимися звездами прикатили «Жигули» с дочкой и зятем Петра Алексеевича.

Пока внук с зятем занимались конкретной контрабандой, то есть перегружали банки с медом из украинского мотоцикла в российский автомобиль, Петр Алексеевич с дочкой и батюшкой о жизни беседовали.

Вокруг тихо. Кузнечики стрекочут. Из недалекого пруда лягушкин концерт слышится. Чабрецом с полынью  пахнет. К этому запаху медовый вкус добавился, а рядом абрикосы дикие в посадке спеют. Воздух — кисель пахучий…

Вдыхает Петр Алексеевич благодать эту, дочку слушает, и радуется:

— Слава Тебе, Господи. Вся премудростию сотворил еси…

Тут и зять с внуком подошли. Присели на травку, к разговору присоединились. Родные такие, любимые. Лепота.

Пограничники появились неожиданно. Причем с двух сторон. Российские подъехали на украинском ЛУАЗ-е, а украинские на российской «Ниве». Осветили фарами друг друга, поздоровались и окружили нарушителей…

В урегулирование международного конфликта первый вступил батюшка, успевший до первых слов стражей государственной границы прочесть:

«В море житейстем обуреваемии, треволнению подпадаем страстей и искушений. Подаждь убо нам, Госпоже, руку помощи, якоже Петрови Сын Твой, и ускори от бед избавити ны, да зовем Ти: радуйся, Всеблагая Скоропослушнице».

Священник с великим почтением поздоровался и радостно поздравил пограничников с праздником всех русских святых. Затем достал из кармана подрясника иконки и вручил каждому, приговаривая:

— Да хранит вас Господь от бед и искушений.

Те, с обеих сторон, удивленно смотрели на длинного как жердь попа, иконки брали и, по всей видимости, искали подходящие слова.

Переговоры начала российская сторона, успевшая заглянуть в «жигуленок» и увидевшая там батарею банок:

— Нарушаем, граждане?!

— Нет, служивые, не нарушаем. Просто проводим «Операцию Карацупа», — вступил в разговор Петр Алексеевич.

Российская сторона спросила: «Чего?»; а украинская «Кого?». Но, судя по миролюбивым лицам, и те и другие были настроены доброжелательно.

— Да вы, ребята, присаживайтесь к нам. Сейчас медку отведаем. Папка только вчера накачал, — захлопотала дочь.

Кто его знает, почему и отчего, но пограничники не отказались.

Присели. Меду отведали, благо и хлеб нашелся. Петр Алексеевич им о Никите Карацупе рассказал, а батюшка о том, как молиться разъяснил.

Старший пограничник с украинской стороны Петру Алексеевичу свой номер телефона дал и успокоил его насчет переговоров с кургана, а командир с российской стороны пообещал помочь мед отправить батюшкиным родителям.

Когда прощались стражи рубежей хоть и улыбались, но просили не нарушать… или, хотя бы их предупреждать.

Дома Петр Алексеевич вместе с священником изначально в церковь заехали. Лампадку зажгли и Бога поблагодарили, и всем святым русским «спасибо» сказали, да и Карацупу не забыли.

Протоиерей Александр Авдюгин