Рекомендованное

Смысл и значение 5-й Недели Великого поста

5 неделя (18 апреля) — преподобной Марии Египетской. История преподобной Марии Египетской, пожалуй, самый яркий пример того, как через усиленный пост ...

Читать далее

Что такое Суббота Акафиста?

Похвала Богородицы в 2021 году, или Суббота Акафиста, приходится на 17 апреля (при этом сам акафист Похвалы Богородицы служится накануне, ...

Читать далее

Сельские будни Новосветловского благочиния

О жизни приходов и как протекают приходские будни – об этом вниманию дорогого читателя мы предлагаем беседу с благочинным Новосветловского ...

Читать далее

Можно ли быть хорошим человеком без веры в Бога?

«Я  в Бога не верю, но ничего плохого  не делаю» - знакомая фраза, не правда ли? Не менее известна и другая: ...

Читать далее

Все о празднике Благовещения Пресвятой Богородицы

Благовещение в 2021 году празднуется 7 апреля. Дата этого праздника постоянная, в отличии, скажем от даты празднования Пасхи. В этот ...

Читать далее

Легендарный атаман Матвей Платов

Среди самобытной природы Слобожанских степей, в Антрацитовском районе ЛНР расположено село Боково-Платово. Его жители, а особенно старожилы, могут рассказать немало ...

Читать далее

Устоять против чужого влияния! (СОЦОПРОС)

День мученической смерти святого Иоанна Предтечи вспоминается Православной Церковью 11 сентября (29 августа ст. ст.) и называется днем Усекновения главы ...

Читать далее

Пятая заповедь

Почитай отца твоего и мать твою, [чтобы тебе было хорошо и] чтобы продлились дни твои на земле, - гласит пятая ...

Читать далее

Архимандрит Иоанн: Надеюсь, монастырь станет духовным оплотом православия нашей епархии

В дни Великого поста об истории и жизни единственного в Республике мужского монастыря ЛИЦ рассказывает игумен Свято-Вознесенской обители архимандрит Иоанн ...

Читать далее

Природа смеха: во благо или на погибель

Есть «время сетовать» и «время плясать» (Еккл.3:4). Гомерический смех. Смех сквозь слезы. Неумеренный смех  - потакание человеческой падшей природе. И ...

Читать далее


Бесспорно, что в сознании каждого верующего человека, чья жизнь пронизана Литургией, и для которого Евхаристия является центром и топонимом его духовной жизни, церковное богослужение занимает существенно  особое место, — место, которое в условиях земных реалий становится органично связанным со всем укладом и устройством его жизни, — необходимо – неотъемлемой ее частью.

И это естественно, постольку, поскольку само богослужение, являясь своеобразной формой выражения самосознания общецерковного разума, его исторического опыта, вобравшего в себя и опыт мистический частный, в то же время передает этот опыт и обогащает им каждого по-своему вновь и вновь. Поэтому, для человека, который погружается  в этот опыт и приобщается его, богослужение, может и не вполне осознанно, но все же становится, в наибольшей степени для него необходимостью, т.с. «естественностью» или же нормой его жизни. В этом – одно из значений Церковного Предания.

С особой силой и ясностью это проявляется в период Великой Четыредесятницы, когда все воедино собранные душевные устремления и переживания человека, растворяясь в атмосфере торжественного и в то же время скромного великопостного богослужения, кажется, достигают апогея в своем духовном молитвенном напряжении. Человек и богослужение здесь – не две разные жизни, но одна – жизнь религиозная, возможная только при условии единения человека с Богом, совместного творчества человека и Святого Духа, — синергии.

Конечно же, тот восторг и тот душевный подъем, которые испытывает человек в моменты соприкосновения с сакральным, пронизывающим все богослужение, неоспорим. Это – личный опыт каждого, и отрадно, если этот опыт духовно-мистический, который с одной стороны, приобретен искренним смирением, то есть осознанием своей глубинной духовной поврежденности и бессилия в борьбе с коренящимся внутри человека злом; потребностью в помощи всемогущего Бога, а так же деятельным стремлением к катарсису (достижению очищения ума, сердца), с другой же, — является естественным плодом осознания сакрального в богослужении, живого участия в нем, соединения с ним.

Человек и богослужение – не две разные жизни, но одна – жизнь религиозная, возможная только при условии единения человека с Богом, совместного творчества человека и Святого Духа, — синергии.

Богослужение, в данном случае представляется не как нечто развлекающее и периферийное. Здесь оно приобретает жизненное значение и не остается в пределах лишь храмового пространства, а простирается на всю жизнь человека, пронизывает ее. Вся жизнь последнего становится Богу-служением.

Но есть и другой опыт восприятия богослужения, — опыт односторонний и недостаточный, — т.н. душевно-эстетический, имеющий своей основой только лишь внешние формы и проявления. Этот опыт является результатом, своего рода, сенсуализма, — чрезмерной привязанности исключительно к чувственным ощущениям или интеллектуализма, ограничивающегося лишь познаниями или размышлением («поверхностное любопытство ко всякого рода символике, принимающееся за религиозное чувство» (прот. Александр Шмеман). Существует и наиболее развитый и распространенный подход к любого рода богослужению или священнодействию — прагматично-обрядовый, заключающийся с одной стороны, в целенаправленном его использовании, с другой, — в присваивании исключительной приоритетности внешнему ритуалу или атрибуту.

Вполне очевидно, что такое отношение к богослужению и ко всему тому, что с ним связано, не может быть признано подлинно христианским, поскольку здесь отсутствует главное, — жажда Бога, реальное осознание необходимости Бога, — то есть то, чем живет сама вера. Напротив, преобладающим здесь становится эгоцентризм, отнюдь не жаждущий Бога, а использующий Его. Богослужение в данном случае воспринимается не онтологично и эсхатологично, а символично и эмпирично. Внутреннему и деятельному здесь предпочитается внешнее и бездеятельное, интересное и сиюминутное; вечное подменяется временным.

Страдания Христовы, Крестная смерть – это не только исторический факт, или образ иконы, или чтение молитвословия, это, — реальное, всегда совершающееся жертвенное служение во имя спасения каждого без исключения человека, это – акт жертвенной любви или кенозис, осуществленный ради человечества. Это – действительное Бога-служение или служение Бога человеку.

Богослужение св. Четыредесятницы в своей внешней форме и выражении, действительно превосходно, — оно пышно и торжественно, но, в то же время, — скромно и умиленно. Здесь не только радость Торжества Православия, но и покаянное чувство собственного недостоинства перед Творцом; здесь не только богословское рассуждение, но и деятельный аскетический подвиг.

Предательство Христа – это не только некий акт, происшедший когда-то в истории, и совершившийся единожды. Но это действие, всегда продолжающееся, это – дело настоящего, которое касается не кого-то, а меня лично теперь и сейчас. Ежеминутно я предаю Христа, ради сохранения жизни собственной страсти, порочной привычки. Но мало знать или рассуждать об этом, — необходимо практическое действие, — покаяние и изменение себя самого, своих: ума, сердца, воли…

Страдания Христовы, Крестная смерть – это не только исторический факт, или образ иконы, или чтение молитвословия, это, — реальное, всегда совершающееся жертвенное служение во имя спасения каждого без исключения человека, это – акт жертвенной любви или кенозис, осуществленный ради человечества. Это – действительное Бога-служение или служение Бога человеку.

И я не имею права ограничить себя только лишь размышлением об этой высочайшей Христовой миссии, об этом Божественном Провиденьи, осуществившемся во времени, или сочувствием этому, — я обязан реально участвовать в этом и не отдельной только лишь сферой собственной природы (психической или интеллектуальной), но всей целокупной личностью, приобщаясь Евхаристии, участвуя в Таинствах и следуя Христову учению.

протодиакон Геннадий Пекарчук

Другие статьи автора