Тоска по одной утраченной радости может омрачить все прочие услады мира. Всему свое время, считает протоиерей Владимир Косточка.

Ветхозаветная часть Священного Писания не открывает перед нами всю тайну участи человеческой души после смерти. Человек уже изгнан из рая, но ему еще не открыто знание о Царствии Небесном.

На что же тогда надеялся ветхозаветный праведник? На здравие, долголетие, изобилие плодов земных, а также на многочадие как образ продолжения собственного существования. Уповал на то, что его благочестивый потомок будет приносить жертвы о его упокоении, облегчающие участь души последнего в Вечности. Брак в ветхозаветные времена воспринимался как одно из самых главных и ожидаемых событий земного бытия человека и предполагал многодневные торжества, радость и веселие.

Но вот наступают времена Новозаветные. Приходит Христос – Спаситель мира и через искупительную голгофскую жертву избавляет человечество от зависимости греха и дарует надежду на жизнь вечную. Посредством Христа каждому уверовавшему открыты двери Царствия Небесного, обещаны высшие блага. Пред радостями Небесными радости житейские уходят на второй план. Но чтобы быть достойными принять уготованные нам высшие блага, нужно очиститься, пройти путем покаяния, воздыхания и болезнования о своих грехах.

Супружеские радости малосовместимы с воздыханием о  грехах и  покаянием. Нельзя венчаться в пост, потому что пост – это «крыло» покаяния, это время сокрушения, воздыхания о грехах, а Таинство брака и Венчание – это великая радость и великая надежда. И Церковь всему отводит  свое время.

Источник: pravlife.org