О послушании просфорницы, семейных преданиях и вере в Крестопоклонную неделю Великого поста в интервью ЛуганскИнформЦентру рассказывает просфорница храма в честь святого благоверного князя Александра Невского Ольга Подгорная.

С ПРОФСОРКОЙ В СЕРДЦЕ

— Как вы пришли к этому служению в Просфорне?

— Все началось со случайного разговора после службы. Одна из прихожанок, Елена, как раз собиралась печь просфоры и попросила помощи. Я с радостью согласилась, подошла к отцу Макарию (Любавцеву — всем примечания ЛИЦ) за благословением — и так началась моя история здесь. Сначала мы работали втроем: Елена, Любовь и я. Позже сестры по здоровью оставили это дело, и я продолжила одна. Видимо, сама судьба вела — ведь моя бабушка, в честь которой меня назвали Ольгой, тоже была глубоко верующей. Она из Переславля-Залесского, родины Александра Невского. Каждое лето мы гостили у нее, ходили в местный храм, а дома у нее в красном углу стоял целый иконостас. Такое совпадение неслучайное — и там храм Александра Невского, и здесь. С детства помню: утром бабушка давала нам святой воды и просфорку. Это осталось в сердце навсегда.

ТЕСТОМЕС И РАСКАТОЧНАЯ МАШИНА

— Сегодня вы — часть сестричества, печете просфоры. Что самое сложное в этом деле?

— Технология требует внимания. Раньше месили тесто вручную — получалось неровно. Но недавно добрые люди из Уфы подарили тестомес и раскаточную машину! Теперь тесто пластичное, процесс механизировали. Хотя опыт все равно важен: летом тепло — тесто подходит идеально, зимой приходится подстраиваться. Встаем в пять утра, к шести уже на месте. Усталость? Бывает, но силы берутся откуда-то свыше. А когда знаешь, что твои просфоры будут на литургии — такая радость на душе! Отец Макарий хвалит, люди благодарят.

ЧУДО ДЕДА АНДРЕЯ

— Ваша семья пережила немало испытаний. Расскажите о дедушке Андрее и его чудесном возвращении с войны.

— Да, это семейное предание. Дедушку мобилизовали на финскую войну, а бабушка осталась с двумя детьми, моей матерью еще в утробе. Одна женщина посоветовала ей молиться Архангелу Михаилу — покровителю воинов. Бабушка молилась усердно, и однажды ночью дедушка неожиданно вернулся! Он рассказал, что его внезапно демобилизовали: «Вызывают и говорят: „Петухов, ты свободен“». Чудо! Позже он прошел и Великую Отечественную, вернулся живым после контузии. Бабушка верила, что это милость Божья.

— А как ваша семья сохраняла веру в советское время?

— Родители работали, в церковь мы не ходили — время такое. Но бабушка стала нашим духовным якорем. Помню, как в школе показывали хронику разрушения храмов — сердце сжималось, хоть я тогда и не была верующей. Позже, когда здесь начали строить храм, мама стала ходить на службы, а я подрабатывала сторожем. Территория была пустырем, купола только ставили, материалы воровали, но отец Игорь, наш настоятель, говорил: «Я их благословил — все будет хорошо». И правда: за год дежурств лишь раз подошли двое подвыпивших мужчин — хотели исповедоваться. Дрожала от страха, но поняла: они бывшие военные, с тяжелой ношей. Все обошлось.

ПРАДЕД АЛЕКСАНДР

— Ваша семья связана не только с войнами, но и с репрессиями. Что вы знаете о судьбе священника Александра Петухова?

— Это мой прадед. Его имение конфисковали, а самого арестовали по 58-й статье. Жена Екатерина умерла от потрясений, дети разбрелись. Младший сын Андрей, мой дед, в 15 лет стал беспризорником. Его взял в работники некий делец, но жизнь там была невыносимой — сбежал, приписал себе годы и попал в Красную Армию. А прадеда Александра отправили на лесоповал. Заключенные-священники помогли ему бежать: подменили документы умершего, переправили в горную Грузию. Тайно служил в подвальном храме, крестил, венчал. Позже смог легализоваться, дожил до 90 лет.

— Как ваша семья скрывала прошлое в СССР?

— О деде почти не говорили. Когда моя тетя работала учителем, ее вызвали в КГБ: спрашивали о связях с Иоанном Кронштадтским, ведь прадед с ним общался. Но она ничего не знала. Позже соседка донесла, что у нас «икона царя» — оказалось, портрет Лермонтова в гусарском мундире! Следователь разочарованно махнул рукой. Фотографии прадеда мы спрятали — их так и не нашли. Но Бог миловал: после этого нас не тревожили.

СВЯЗЬ ПОКОЛЕНИЙ

— Что для вас значит вера сегодня?

— Это стержень, переданный через поколения. Бабушка, дед, мама — все сохранили искру, несмотря на гонения. Когда печешь просфоры, чувствуешь связь с ними и с теми, кто молится в храме. Это не работа — служение. Как говорил прадед: «Главное — верить тихо, но непоколебимо».

— Ваше пожелание читателям?

— Храните семейные истории. Они — как живая вода: питают корни, чтобы ветви тянулись к свету. И верьте — даже в самые темные времена чудо где-то рядом.

P.S. После интервью Ольга угостила нас свежими просфорами. «С молитвой и любовью», — улыбнулась она. Они и правда оказались удивительно нежными.

Источник: lug-info.ru