Заведующий кафедрой медиакоммуникаций МГИМО, профессор университета «Сириус» Владимир Легойда размышляет о задачах высшей школы.

«Основная проблема состоит прежде всего в том, что система образования утратила смысл и значение. Исчезает понятие, что мы служим чему-то высокому». Так обозначил нынешнюю ситуацию в образовании мой коллега Максим Яковлевич Пратусевич, директор президентского физико-математического лицея №239 в Санкт-Петербурге. Этот жесткий, но, увы, весьма точный диагноз прозвучал на научной конференции в образовательном центре «Сириус» в феврале нынешнего года. По сути, речь идет о утрате понимания высокой миссии учителя — быть причастным к созиданию личности.

Образование — это не просто передача знаний или тренировка навыков, а в конечном счете сотворение человека. Со времен античного философского понятия «пайдейя» основные образовательные системы так или иначе вращались вокруг этой идеи. Создатель существующей до сих пор классно-урочной системы Ян Амос Коменский еще в XVII веке так сформулировал предельную задачу воспитания: подготовка человека к вечной жизни. Даже если отвлечься от религиозного содержания этой формулы — оцените масштаб задачи: подготовка к вечной жизни! Не к сдаче ЕГЭ, не к поступлению в вуз и даже не к получению профессии, но к чему-то несравнимо большему. Совсем иной горизонт целей — по сути, воспитание личности с прицелом на вечные ценности.

Сейчас мы в очередной раз реформируем наше образование. Вернули специалитет, переименовали некоторые учебные степени и предметы, ввели новые курсы патриотического воспитания. Уверен, что коллеги, непосредственно занятые этими преобразованиями, сделали и еще сделают много полезного. При этом я совершенно убежден: любые инструментальные изменения не устранят проблемы, обозначенной выше: опасность утраты самого глубокого — пожалуй, единственного! — предельного смысла образования.

Что же с этим можно сделать?

Говоря об области, которая мне ближе, о высшей школе, я бы выделил три базовые задачи, которые должен решать каждый университет.

Расположу их снизу вверх, от более простого к самому сложному и самому важному.

Первая задача — обучение профессии и практическим навыкам. Это, казалось бы, очевидная и «прикладная» цель университетского образования. Причем сегодня добиться ее не так просто, как еще несколько десятилетий назад: мы живем в эпоху стремительных перемен, когда профессиональные навыки устаревают чрезвычайно быстро. Поэтому многие справедливо отмечают, что вуз должен не только передавать фиксированные знания, но и учить умению принимать нестандартные решения, действовать в условиях неопределенности. Тем не менее освоение конкретной профессии и погружение в соответствующую профессиональную среду — необходимые и неотъемлемые элементы университетской подготовки.

Вторая задача — погружение человека в картину мира своего времени. Представления академического, интеллектуального сообщества о мире постоянно меняются и усложняются. И говорить о высшем образовании вправе лишь тот, кто более или менее адекватно эту картину мира себе представляет — целиком. Нельзя сегодня смотреть на мир глазами человека XVIII или даже XX века — необходимо видеть ее глазами человека первой четверти XXI века. Проще говоря, выпускник вуза, независимо от специальности, должен понимать хотя бы в общих чертах, почему эйнштейновская физика не сводится к ньютоновской, в чем разница между специальной и общей теориями относительности и чего такого важного сделал Стивен Хокинг. А математик, физик или инженер — иметь представление об основах современного гуманитарного знания и читать Данте. Университетское образование предполагает если не энциклопедизм (в наше время это просто невозможно), то по крайней мере широкий кругозор и целостное мировоззрение, соответствующее актуальному состоянию академического знания.

Наконец, третья, самая сложная и главная задача — попытка ответить на вопрос «Что значит быть человеком?». По гамбургскому счету вся история человеческой культуры есть поиск ответа на этот вопрос. И я говорю именно о попытке ответа, потому что финальный, исчерпывающий ответ вряд ли возможен. Тем не менее образование как совокупность обучения и воспитания есть не что иное, как сохранение, формирование и передача культуры. А значит, в центре его всегда находится человек — и тайна человеческого бытия. Вокруг главного вопроса о человеке и должно выстраиваться все остальное.

Кто-то сочтет такие рассуждения отвлеченными, не имеющими отношения к насущным проблемам современности. Отнюдь. Без высшего смысла, без постановки «больших задач» наше образование обречено проигрывать вызовам XXI века.

Если поддаться соблазну окончательной прагматизации и узкой специализации, мы рискуем уже в недалеком будущем проиграть трехмесячным онлайн-курсам и стремительно развивающемуся искусственному интеллекту.

При «разгадывании тайны человека» (задача, которую всю жизнь решал Достоевский) никак не обойтись без Гомера и Данте, Сервантеса и Гете, Пушкина и Толстого. В эпоху нейросетей наше спасение (залог успеха, если хотите) — в постоянном возвращении к вопросу о том, что делает нас людьми. В воспитании личности, способной этот вопрос задавать и самостоятельно на него отвечать. В конце концов, человек не замысловатая машина для решения задач разной степени сложности. Человек — искатель сложных смыслов, истины, добра, красоты и любви. Именно этому — быть человеком — и должно учить образование.

Источник: kommersant.ru