Недавно произошёл случай, который я и мои знакомые посчитали забавным. Но потом Господь мягко напомнил: тебе смешно, но разве ты ведёшь себя по-другому? Да, на зеркало нечего пенять, коли рожа крива.

Недавно произошёл случай, который я посчитала забавным. Но потом Господь мягко напомнил: тебе смешно, но разве ты ведёшь себя по-другому?

Немного предыстории. У моих родителей есть дача в Вырице (Ленинградская область, Гатчинский район). Это тот самый посёлок, где жил и подвизался преподобный Серафим Вырицкий. Здесь можно и увидеть дом, в котором он жил, и посетить часовню, в которой хранятся мощи святого. Часовня находится на территории храма Казанской иконы Божией Матери. Большой деревянный храм. И очень красивый.

При храме также есть трапезная, киоск, церковная лавка. А ещё – скважина с освящённой водой, перед которой почти всегда стоит очередь. Кто-то подходит просто попить или набрать маленькую бутылочку воды, а кто-то приезжает с большими канистрами. Ко второй категории относятся, в основном, местные жители. Вода в Вырице содержит большое количество железа и марганца. Именно поэтому берега реки Оредеж в некоторых местах – красно-рыжие. Для бытовых целей эта вода годится, да и то, нужно фильтровать. А вот для питья её использовать нежелательно. Кому-то везёт со скважинами и колодцами, но многим приходится ездить за питьевой водой – как вариант, на территорию Казанского храма.

Мы так делаем уже много лет. Приезжаем, занимаем очередь. 1–2 часа ожидания, набор воды, погрузка бутылок в автомобиль, возвращение домой, выгрузка. Тут тебе и мышечная нагрузка, и сжигание лишних калорий. А заодно – возможность подумать о смысле жизни, стоя в очереди.

В результате одной такой поездки я, четверо детей, моя бабушка, а по выходным – и родители, на ближайшие несколько недель обеспечены питьевой водой – вкусной, качественной, освящённой.

И вот, пришло время в очередной раз пополнять запасы питья. Территорию храма открывают в 7 часов утра. Мы встали в районе 6-ти, чтобы приехать пораньше и по возможности избежать необходимости долго стоять в очереди на жаре. Приехали, спокойно стоим, ждём – я, папа и мой сын Коля. Да, очередь, несмотря на раннее время и субботний день, уже образовалась. В какой-то момент мы с Колей сели на стоящую рядом длинную скамейку. Сидим, никого не трогаем. Вскоре к нам подсаживается женщина. Первое время она молчала. А потом посетовала на то, как много ёмкостей тащат некоторые люди. Ну, у кого-то ещё куда ни шло, а вон те так много притащили – совсем совести нет! И на моего папу указывает, не переставая сетовать на бессовестность. Да-да, оказалось, что бессовестные люди с кучей бутылок – это мы.

У нас было штук 40 шестилитровых бутылей. Немало, конечно. Но и встали мы в 6 утра. И нам на семерых – младший сын сейчас в Крыму – воды надо много. Это я и озвучила. Но собеседницу не убедила. Разве что в завершение она запричитала: «Прости, Господи, душу грешную».

Мне эта ситуация показалась забавной, и я рассказала папе: дескать, вот мы какие, оказывается, бессовестные. Но такие ли уж бессовестные? Папа обратил внимание, что у кого-то несколько 50-литровых бутылей, а у нас много, но маленьких. Однако по объёму – примерно то на то и выходит.

Поделилась я этой историей с местными знакомыми в чате. Мы поулыбались, кто-то шутил: «А мы думаем, кто всю воду забрал». Но потом мне стало ясно, что в этой женщине – я сама. Разве я не веду себя аналогичным образом? Да, я могу молчать. Но внутри-то всё кипит.

Несколько лет назад была ситуация, которую сейчас я вспоминаю с улыбкой. Кстати, тоже летом. Я пришла в магазин – один из популярных сетевых супермаркетов. И была очень неприятно удивлена: куча народа, длинные очереди… Я недоумевала: будний день, дневное время – что все эти люди здесь делают? Почему они не на работе?!! Ладно я – мама в декрете. А они?!

Ну да… Дескать, я мама в декрете, поэтому мне можно. А им нельзя. Их вообще, в моём понимании, не должно было быть в магазине в то время. Но я не учла, что летом у многих людей отпуска. Многие – на пенсии. А ещё многие в период пандемии перешли на дистант. Плюс – дни, в которые пенсионерам в том или ином магазине предоставляют скидки. И вполне возможно, что именно в такой день я и пришла.

Хотя какое это имеет значение? Отпуск, не отпуск, но, как бы то ни было, если люди пришли в магазин – значит, им это нужно. И нужно не меньше, чем мне.

Есть много других примеров. «Много» – это мягко сказано. Им несть числа.

Помню, как иной раз испытывала сильное негодование, когда стоящий передо мной человек забирал последний товар, который я тоже очень хотела купить.

Или люди, которые долго-долго исповедуются. И не только каются в грехах, но и превращают исповедь в беседу с батюшкой. Разве они не становятся «бессовестными» в наших глазах? Нам ведь тоже нужна исповедь. Да и домой идти уже пора, ужин готовить… Но та женщина, которая долго о чём-то говорит со священником, этого не понимает и совсем не думает о других!

Знакомо?

Нас раздражают люди в очередях. Кассиры, которые долго обслуживают. Пожилые люди, которые не могут справиться с банкоматом. Соседи, делающие ремонт. Автомобилисты, которые ездят там, где мы ходим. Курьеры и таксисты, приезжающие с опозданием. Пассажиры общественного транспорта, занимающие свободные сидячие места и вообще нарушающие наш комфорт. Дети, мешающие в храме. Прихожане, которые подолгу исповедуются. Посетители аптек, которым провизоры вынуждены подолгу что-то объяснять или подбирать им лекарства. Клиенты магазинов техники, которые занимают продавцов-консультантов, тем самым вынуждая нас ждать и отнимая «наше» драгоценное время. Шумные подростки, бубнящие старики… В общем, все.

Умом я всё понимаю, но внутри происходит извержение вулкана. И нет-нет да и спрошу человека, нельзя ли побыстрее

Есть люди терпеливые и понимающие. Но это – не про меня. Точнее, про меня, но иногда. И не надолго. Бывает, что умом я всё понимаю, но внутри происходит извержение вулкана. И даже случается, что нет-нет да и спрошу, нельзя ли побыстрее.

Но есть и хорошие новости. Градус кипения этой смеси из негодования, раздражения и нетерпеливости можно снизить. Свести к нулю, возможно, не получится. Но снизить – вполне, если постараться увидеть в этих мешающих и раздражающих ближних самих себя. Ведь такие ситуации бывают у каждого из нас.

Во времена, когда онлайн-банки не были столь распространены, мы активно пользовались банкоматами. Последние, к тому же, были тогда менее продвинутыми, чем сейчас. А посему для проведения той или иной операции времени требовалось больше. И я хорошо помню, как однажды делала переводы нескольким людям, а за мной уже выстроилась очередь. Стоящая сзади женщина поинтересовалась, долго ли мне ещё.

Когда мои сыновья и дочери были дошкольниками, я пользовалась специальными «детскими» картами для оплаты покупок в магазинах товаров для детей. И поясняла на кассе: вот это буду оплачивать по этой карте, а вон то – по той, а что-то – просто наличкой или обычной банковской картой… Если сумма оказывалась больше, какие-то товары приходилось убирать. Часто люди в очереди не выдерживали, разворачивались и шли на другие кассы. Мне бывало неловко, но бессовестной я себя не чувствовала. Чего я хотела от этих людей? Правильно: понимания! У меня ведь не было цели досаждать им – просто у меня так сложилось: много детей, много покупок, много карт.

Другой пример. Я не за рулём, но даже будучи пешеходом умудрялась иной раз создавать неприятные, а то и вовсе опасные ситуации, и нервировать автомобилистов. Ненамеренно, но факт остаётся фактом. Случалось, что косячила при переходе дороги. В том числе – когда была с детьми. И уверена, что в глазах водителей выглядела «тупой мамашей». Даже не сомневаюсь в этом: я ведь реально проявляла тупость. И на месте водителя про такую мамашу именно так бы и подумала.

Те, из-за кого мне приходится ждать и терпеть неудобства, – это в каком-то смысле я сама

А уж сколько времени я проводила на исповеди в период начала своего воцерковления… Чего греха таить, Таинство Покаяния я использовала не только как Таинство, но и как беседу с батюшкой и бесплатную психологическую помощь. Но мне-то, понятное дело, нужно. Очень и очень нужно! А другим?..

А другим точно так же, как и мне, нужна пастырская помощь. Нужны продукты в магазинах. Нужны лекарства и консультации провизоров, услуги таксистов и курьеров, помощь продавцов-консультантов и пресловутое «просто спросить» у врача. У них нет цели раздражать меня и отнимать моё или ещё чьё-то время. А что есть, так это обычные человеческие потребности и интересы, как и у всех живых людей.

А над сетованиями женщины у храмовой скважины посмеяться, конечно, можно, но разве что по-доброму. Потому что и она, и другие люди, которые вынуждены долго ждать из-за меня, – это в каком-то смысле и я сама. И те, из-за кого мне приходится ждать и терпеть неудобства, – тоже. Все мы то и дело оказываемся то на одной стороне баррикады, то на другой. И любой пожилой человек, зависающий у банкомата, – это тоже я. Только в будущем.

Екатерина Харченко
Источник: pravoslavie.ru